27. dic, 2021

Basta auguri, il Natale del politicamente corretto.

Basta auguri, il Natale del politicamente corretto.
Il 24 e il 25 i social ospitavano una festosa dissacrazione del Natale, dei suoi riti ormai diventati celebrazione dell’idolatria consumista, quella che autorizza l’ipocrita tradizione di fare e ricevere doni spesso sgraditi e compensativi di disattenzioni, assenze, lontananze, recentemente legittimate da paradossali regole emergenziali di distanziamento e isolamento dei soggetti fragili, che avrebbero più bisogno di manifestazioni concrete di affetto, o dei bambini beneficati da balocchi e vaccini precoci.
Si potevano anche ammirare le esternazioni dei credenti vecchio stampo che da anni denunciano che la nascita del loro Signore abbia perso il carattere sacrale per trasformarsi in liturgia gastronomica e che in questa veste si pronunciano contro la svolta blasfema, perorando severità caritatevole e composta sobrietà.
Per altri, anche per il più influente tra loro, il Natale vien buono per sconfinare in territori profani, cogliendo l’opportunità per interpretare i bisogni dei diseredati attraverso forme surrettizie di carità coloniale, richiamando all’ordine vaccinale i governi di buona volontà, perché si facciano carico dell’esportazione, in aggiunta alla loro civiltà superiore e alle missioni intese alla salvezza dell’anima, di provvedere a quella del corpo.
Qualcuno poi ne ha approfittato per esigere la tutela del Natale –e magari anche del panettone senza pistacchi di Bronte e cioccolato di Modica–dalla tentazione di cedere alle incaute sollecitazioni ad applicare i dogmi del politicamente corretto e della cultura del cancelletto, che consigliano di augurare asettiche buone feste. La salvaguardia della santa ricorrenza avrebbe così il duplice effetto di difendere tradizioni del culto e della cultura popolare e il Paese dalla minaccia del meticciato che peserebbe sull’Europa troppo “ospitale” e tollerante.
Da qualcuno invece si è levato un richiamo alla laicità come impegno personale e collettivo per circoscrivere condizionamenti ed ingerenze religiose e clericali e per contrastare la pressione di una morale confessionale imposta come etica pubblica. Tanto per fare un esempio ha circolato il link a un contributo di MicroMega, che elogia la laicità come motore di emancipazione individuale e sociale, valore “esigente, scrive l’autrice Maria Mantello, che non consente scappatoie e richiede un impegno notevole perché chiama ognuno all’autonomia morale e alla responsabilità della scelta”. “Ed anche, mi scuso per la lunghezza della citazione, educazione alla strutturazione di una “forma mentis” per sviluppare competenze e capacità di comprendere, analizzare, discutere, comunicare nell’abitudine all’esercizio del pensiero analitico critico… in una metodica di emancipazione individuale e sociale contro pregiudizi e luoghi comuni”.
Come non concordare, se non fosse che si tratta di convinzioni che di questi tempi non trovano più cittadinanza, a cominciare dalla rivista che spericolatamente le ospita nel contesto di una battaglia condotta contro le eresie di chi si batte per contrastare il pensiero unico, che ispira le misure di un evidente stato di eccezione, che raccomanda un approccio fideistico alla religione della Scienza, che esige sacrifici umani, atti di fede e la consegna del proprio arbitrio prima ancora che del proprio corpo, a una casta sacerdotale e ad autorità temporali che hanno stretto un patto coi mercanti del tempio.
Non basta citare il religiosissimo Kierkegaard che affermava che «la fede comincia dove il pensiero finisce», per esibire credenziali di libertà e autodeterminazione, quando è stato stabilita o sostenuta l’egemonia di passioni e degli istinti, paura o speranza (con la minuscola), obbedienza e convenienza, e quando si promuove il passaggio da cavie ad automi programmati e blindati per adeguarsi a un modello prestabilito, quello che ci vuole il più possibile somiglianti a esecutori scrupolosi le cui performance devono competere con quelle di robot e intelligenze artificiali.
Da tempo si limita l’orizzonte della laicità a una cauta riduzione del condizionamento confessionale della religione, in modo da lasciare intatta la portata della sua influenza culturale e politica che entra e esce dalle porte girevoli dell’ideologia del politicamente corretto che fa di tolleranza e inclusione valori pret à porter da impiegare nella propaganda progressista che condanna la collera dei sommersi, la furia degli sfruttati, lo spirito di rivolta dei marginali, legittimando il regime di esclusiva della forza e della violenza esercitata dalle autorità, dai potenti, dai decisori. 

La crisi della religione, ha aperto lo spazio a qualcosa di altrettanto potente, la teocrazia del mercato, il totem dello sviluppo, forme apotropaiche e superstiziose di consolazione per sottrarsi al pensiero della morte, culti della personalità, compreso un Papa che piace al progressismo neoliberista della gente che piace, oggi indirizzati a demiurghi salvifici che insieme a opinioni cliniche offrono ai consumatori i pacchetti morali con gli ingredienti sottovuoto della soggezione, del conformismo, del fatalismo. Il tutto nel contesto di una totalitarismo che ha occupato il pensiero, le aspettative, i desideri, che ha fatto degli intellettuali dei posseduti dai demoni dell’assenza di una alternativa di riscatto e liberazione.
E dire che la laicità dovrebbe essere il caposaldo che sorregge il riconoscersi in un pensiero, in un ideale e nel “professare” una disciplina scientifica che consiste proprio nell’esercizio del ricercare, dubitare senza contare su un assoluto morale o disciplinare che pretenda di elevare la teoria e il precetto a legge dello stato e della persona. E deve essere proprio per questo che è uscita da ogni agenda morale, culturale e politica.
Siano tornati ai tempi dell’Inquisizione. Laddove c’era l’obbligo della fede nella religione, ora c’è l’obbligo della fede nella scienza. Una scienza che ha ormai i suoi sacerdoti, i suoi missionari ed i suoi profeti. Un scienza che si è fatta Chiesa. Una scienza che ha dichiarato apostati quelli che pretendono ancora di vederla come ricerca, dubbio, sperimentazione. Una scienza che, esattamente come la religione, trasforma l’uomo in massa attraverso la paura della morte, con tanto di diavoli sotto forma di Coronavirus, che fa finta di combattere, ma soltanto finta perché senza di loro non avrebbe più presa sulla massa. Perché alla massa, una volta formata attraverso la paura, occorre dare un nemico per farla sentire eroica, un nemico esoterico, invisibile come il virus, ma anche un nemico visibile, portatore di quello invisibile, quale il non-credente. Perché l’eroismo, per esprimersi, deve avere un oggetto terreno da odiare e sconfiggere. Se combattere i diavoli in teoria è compito della Chiesa, combattere i miscredenti è compito degli uomini. Presto, a reti unificate, verranno dettati i Nuovi Dieci Comandamenti, molti dei quali sono già in essere.

 

Basta de buenos deseos, la Navidad de los políticamente correctos.
Los días 24 y 25 las redes sociales acogieron una profanación festiva de la Navidad, de sus ritos que ahora se han convertido en una celebración de la idolatría consumista, la que autoriza la tradición hipócrita de dar y recibir obsequios muchas veces no deseados y compensatorios por descuidos, ausencias, distancias. , legitimado recientemente por paradójicas reglas de emergencia de distanciamiento y aislamiento de sujetos frágiles, que más necesitarían manifestaciones concretas de afecto, o de niños beneficiados con juguetes y vacunas tempranas.
También fue posible admirar las declaraciones de creyentes anticuados que desde hace años denuncian que el nacimiento de su Señor ha perdido su carácter sacro para convertirse en una liturgia gastronómica y que en esta capacidad se pronuncian contra el giro blasfemo, abogando por la severidad y la caridad. sobriedad compuesta.
Para otros, incluso para los más influyentes entre ellos, la Navidad es buena para traspasar territorios profanos, aprovechando para interpretar las necesidades de los desposeídos a través de formas subrepticias de caridad colonial, llamando a los gobiernos de buena voluntad al orden de las vacunas, porque se hacen cargo de la exportación, además de su civilización superior y misiones destinadas a la salvación del alma, para proveer la del cuerpo.
Alguien se aprovechó de ello para reclamar la protección de la Navidad - y tal vez incluso el panettone sin pistachos de Bronte y el chocolate Modica - de la tentación de ceder a las incansables solicitudes de aplicar los dogmas de lo políticamente correcto y la cultura de la puerta, que nos aconsejan desear felices fiestas asépticas. Salvaguardar el santo aniversario tendría así el doble efecto de defender las tradiciones de culto y cultura popular y el país de la amenaza del mestizaje que pesaría sobre una Europa demasiado "hospitalaria" y tolerante.
Por otro lado, alguien ha hecho un llamado al laicismo como compromiso personal y colectivo para circunscribir las influencias e interferencias religiosas y clericales y contrarrestar la presión de una moral confesional impuesta como ética pública. Solo para dar un ejemplo, ha circulado un enlace a una contribución de MicroMega, que elogia el laicismo como motor de emancipación individual y social, un "valor exigente", escribe la autora Maria Mantello, que no admite escapatorias y requiere un compromiso considerable. porque llama a todos autonomía moral y responsabilidad de elección ”. Y también, pido disculpas por la extensión de la cita, educación en la estructuración de una "mentalidad" para desarrollar habilidades y capacidad para comprender, analizar, discutir, comunicar en el hábito de ejercer el pensamiento analítico crítico ... en un método de Emancipación individual y social frente a prejuicios y clichés ”.
Cómo no estar de acuerdo, si no es que son creencias que hoy en día ya no encuentran ciudadanía, empezando por la revista que las acoge temerariamente en el contexto de una batalla librada contra las herejías de quienes luchan por oponerse al pensamiento único, que inspira las medidas de un evidente estado de excepción, que recomienda un enfoque fideísta de la religión de la ciencia, que exige sacrificios humanos, actos de fe y la entrega de la propia voluntad ante el propio cuerpo, a una casta sacerdotal y autoridades temporales que han hecho un pacto con los comerciantes del templo.
No basta citar al muy religioso Kierkegaard que afirmaba que "la fe comienza donde termina el pensamiento", para exhibir credenciales de libertad y autodeterminación, cuando se ha establecido la hegemonía de pasiones e instintos, miedo o esperanza (en minúsculas) o sostenido., obediencia y conveniencia, y al promover la transición de conejillos de indias a autómatas programados y blindados para adaptarse a un modelo preestablecido, el que se necesita lo más parecido posible a ejecutantes escrupulosos cuyas actuaciones deben competir con las de los robots y inteligencias artificiales.
Desde hace algún tiempo el horizonte del secularismo se limita a una cautelosa reducción del condicionamiento confesional de la religión, para dejar intacta la extensión de su influencia cultural y política que entra y sale por las puertas giratorias de la ideología de lo políticamente correcto que hace de la tolerancia y la inclusión de los valores pret à porter para ser utilizados en la propaganda progresista que condena la ira de los sumergidos, la furia de los explotados, el espíritu de rebelión de los marginados, legitimando el régimen exclusivo de fuerza y ​​violencia ejercida por las autoridades, los poderosos, los tomadores de decisiones. 

La crisis de la religión ha abierto espacio para algo igualmente poderoso, la teocracia del mercado, el tótem del desarrollo, las formas de consuelo apotropaicas y supersticiosas para escapar del pensamiento de la muerte, los cultos a la personalidad, incluido un Papa al que le gusta el progresismo neoliberal de las personas que como éste, hoy dirigido a demiurgos salvadores que, junto con las opiniones clínicas, ofrecen a los consumidores paquetes morales con los ingredientes envasados ​​al vacío de sujeción, conformismo, fatalismo. Todo en el contexto de un totalitarismo que ha ocupado pensamientos, expectativas, deseos, que ha hecho a los intelectuales poseídos por los demonios de la ausencia de una alternativa de redención y liberación.
Y decir que el laicismo debe ser la piedra angular que sustente en reconocerse en un pensamiento, en un ideal y en "profesar" una disciplina científica que consiste precisamente en el ejercicio de investigar, dudar sin apoyarse en una moral absoluta o disciplinaria que pretenda plantear la teoría y el precepto del derecho del Estado y de la persona. Y debe ser precisamente por eso que ha salido de toda agenda moral, cultural y política.
Vuelven a los tiempos de la Inquisición. Donde existía la obligación de la fe en la religión, ahora existe la obligación de la fe en la ciencia. Una ciencia que ahora tiene sus sacerdotes, sus misioneros y sus profetas. Una ciencia que se ha convertido en Iglesia. Una ciencia que ha declarado apóstatas a quienes aún afirman verla como investigación, duda, experimentación. Una ciencia que, al igual que la religión, transforma al hombre en masa a través del miedo a la muerte, completa con demonios en forma de Coronavirus, que pretende luchar, pero solo finge porque sin ellos ya no tendría control sobre la masa. Porque a la masa, una vez formada por el miedo, hay que darle un enemigo para que se sienta heroica, un enemigo esotérico, invisible como el virus, pero también un enemigo visible, portador del invisible, como el no creyente. Porque el heroísmo, para expresarse, debe tener un objeto terrenal que odiar y derrotar. Si luchar contra los demonios es en teoría la tarea de la Iglesia, luchar contra los incrédulos es tarea de los hombres. Pronto, en redes unificadas, se dictarán los Nuevos Diez Mandamientos, muchos de los cuales ya están vigentes.

 

Enough best wishes, the Christmas of the politically correct.
On the 24th and 25th the social networks hosted a festive desecration of Christmas, of its rites that have now become a celebration of consumerist idolatry, the one that authorizes the hypocritical tradition of giving and receiving often unwelcome and compensatory gifts for neglect, absences, distances, recently legitimized by paradoxical emergency rules of distancing and isolation of fragile subjects, who would most need concrete manifestations of affection, or of children benefited from toys and early vaccines.
It was also possible to admire the utterances of old-fashioned believers who for years have denounced that the birth of their Lord has lost its sacral character to become a gastronomic liturgy and who in this capacity speak out against the blasphemous turn, advocating charitable severity and composed sobriety.
For others, even for the most influential among them, Christmas is good for trespassing into profane territories, taking the opportunity to interpret the needs of the dispossessed through surreptitious forms of colonial charity, calling governments of good will to the vaccine order, because take charge of the export, in addition to their higher civilization and missions intended for the salvation of the soul, to provide for that of the body.
Someone then took advantage of it to demand the protection of Christmas - and perhaps even the panettone without pistachios from Bronte and Modica chocolate - from the temptation to give in to the unwary solicitations to apply the dogmas of politically correct and the culture of the gate, which advise us to wish aseptic happy holidays. Safeguarding the holy anniversary would thus have the dual effect of defending traditions of worship and popular culture and the country from the threat of crossbreeding that would weigh on Europe that is too "hospitable" and tolerant.
On the other hand, someone has raised a call to secularism as a personal and collective commitment to circumscribe religious and clerical influences and interference and to counter the pressure of a confessional morality imposed as a public ethics. Just to give an example, a link has circulated to a contribution by MicroMega, which praises secularism as an engine of individual and social emancipation, a "demanding value," writes the author Maria Mantello, which does not allow for loopholes and requires considerable commitment because it calls everyone moral autonomy and responsibility for choice ". "And also, I apologize for the length of the quote, education in the structuring of a" mindset "to develop skills and ability to understand, analyze, discuss, communicate in the habit of exercising critical analytical thinking ... in a method of emancipation individual and social against prejudices and clichés ".
How can we not agree, were it not that these are beliefs that these days no longer find citizenship, starting with the magazine that recklessly hosts them in the context of a battle waged against the heresies of those who fight to oppose the single thought, which inspires the measures of an evident state of exception, which recommends a fideistic approach to the religion of Science, which requires human sacrifices, acts of faith and the surrender of one's will even before one's body, to a priestly caste and temporal authorities who have made a pact with the merchants of the temple.
It is not enough to cite the very religious Kierkegaard who affirmed that "faith begins where thought ends", to exhibit credentials of freedom and self-determination, when the hegemony of passions and instincts, fear or hope (with lowercase) has been established or sustained. , obedience and convenience, and when promoting the transition from guinea pigs to programmed and armored automata to adapt to a pre-established model, the one that is needed as closely as possible resembling scrupulous performers whose performances must compete with those of robots and artificial intelligences.
For some time now the horizon of secularism has been limited to a cautious reduction of the confessional conditioning of religion, so as to leave intact the extent of its cultural and political influence that enters and exits the revolving doors of the ideology of the politically correct that makes of tolerance and inclusion of pret à porter values ​​to be used in the progressive propaganda that condemns the wrath of the submerged, the fury of the exploited, the spirit of revolt of the marginalized, legitimizing the exclusive regime of force and violence exercised by the authorities, the powerful, the decision-makers. 

The crisis of religion has opened up space for something equally powerful, the theocracy of the market, the totem of development, apotropaic and superstitious forms of consolation to escape the thought of death, personality cults, including a Pope who likes neoliberal progressivism of people who like it, today addressed to salvific demiurges who, together with clinical opinions, offer consumers moral packages with the vacuum-packed ingredients of subjection, conformity, fatalism. All in the context of a totalitarianism that has occupied thought, expectations, desires, which has made intellectuals possessed by demons of the absence of an alternative of redemption and liberation.
And to say that secularism should be the cornerstone that supports recognizing oneself in a thought, in an ideal and in "professing" a scientific discipline that consists precisely in the exercise of researching, doubting without relying on an absolute moral or disciplinary that claims to raise the theory and the precept to law of the state and of the person. And it must be precisely for this reason that it has come out of every moral, cultural and political agenda.
They are back to the times of the Inquisition. Where there was the obligation of faith in religion, now there is the obligation of faith in science. A science that now has its priests, its missionaries and its prophets. A science that has become a Church. A science that has declared apostates those who still claim to see it as research, doubt, experimentation. A science that, just like religion, transforms man en masse through the fear of death, complete with devils in the form of Coronavirus, which pretends to fight, but only fake because without them it would no longer have a hold on the mass. Because the mass, once formed through fear, must be given an enemy to make it feel heroic, an esoteric enemy, invisible like the virus, but also a visible enemy, the bearer of the invisible one, such as the non-believer. Because heroism, to express itself, must have an earthly object to hate and defeat. If fighting the devils is in theory the task of the Church, fighting the unbelievers is the task of men. Soon, in unified networks, the New Ten Commandments will be dictated, many of which are already in place.

 

Хватит наилучших пожеланий, Рождества политкорректных.
24 и 25 числа в социальных сетях было проведено праздничное осквернение Рождества, его обрядов, которые теперь превратились в праздник потребительского идолопоклонства, санкционирующего лицемерную традицию дарить и получать часто нежелательные и компенсирующие подарки за пренебрежение, отсутствие, расстояния. , недавно узаконенный парадоксальными чрезвычайными правилами дистанцирования и изоляции хрупких субъектов, которые больше всего нуждаются в конкретных проявлениях привязанности, или детей, которым помогли игрушки и ранние вакцины.
Также можно было восхищаться высказываниями старомодных верующих, которые годами осуждали, что рождение их Господа утратило сакральный характер и превратилось в гастрономическую литургию, и которые в этом качестве выступают против кощунственного поворота, защищая милосердную строгость и жестокость. сдержанная трезвость.
Для других, даже для самых влиятельных из них, Рождество подходит для проникновения на нечестивые территории, использования возможности интерпретировать потребности обездоленных с помощью тайных форм колониальной благотворительности, призывая правительства доброй воли к порядку вакцинации, потому что берут на себя ответственность экспорта, в дополнение к их высшей цивилизации и миссиям, предназначенным для спасения души, для обеспечения жизни тела.
Затем кто-то воспользовался этим, чтобы потребовать защиты Рождества - и, возможно, даже панеттоне без фисташек из шоколада Bronte и Modica - от соблазна поддаться неосторожным призывам применить догмы политкорректности и культуру ворот. которые советуют нам поздравить асептических счастливых праздников. Таким образом, защита святой годовщины будет иметь двойной эффект - защитить традиции поклонения и популярную культуру, а также страну от угрозы скрещивания, которая будет тяготить слишком «гостеприимную» и терпимую Европу.
С другой стороны, кто-то выступил с призывом к секуляризму как к личному и коллективному обязательству ограничить религиозное и духовное влияние и вмешательство и противостоять давлению конфессиональной морали, навязываемой в качестве общественной этики. Чтобы привести пример, была распространена ссылка на публикацию MicroMega, которая восхваляет секуляризм как двигатель индивидуальной и социальной эмансипации, «требовательную ценность», пишет автор Мария Мантелло, которая не допускает лазеек и требует значительных обязательств. потому что он призывает всех к моральной автономии и ответственности за выбор ». «А также, я прошу прощения за длину цитаты, образование в области построения« мышления »для развития навыков и способности понимать, анализировать, обсуждать, общаться в привычку применять критическое аналитическое мышление ... эмансипация личности и общества против предрассудков и клише ".
Как мы можем не согласиться, если бы это не убеждения, которые в наши дни больше не обретают гражданство, начиная с журнала, который безрассудно размещает их в контексте борьбы с ересями тех, кто борется против единственной мысли, которая вдохновляет меры очевидного состояния исключения, которое рекомендует фидеистический подход к религии науки, которая требует человеческих жертв, актов веры и подчинения своей воли даже перед своим телом священнической касте и светским властям, которые сделали договор с купцами храма.
Недостаточно процитировать очень религиозного Кьеркегора, который утверждал, что «вера начинается там, где заканчивается мысль», чтобы продемонстрировать свидетельства свободы и самоопределения, когда была установлена ​​гегемония страстей и инстинктов, страха или надежды (строчными буквами) или устойчивое, послушание и удобство, а также при продвижении перехода от подопытных кроликов к запрограммированным и бронированным автоматам для адаптации к заранее установленной модели, необходимой как можно ближе к скрупулезным исполнителям, чьи характеристики должны конкурировать с показателями роботов и роботов. искусственный интеллект.
В течение некоторого времени горизонт секуляризма ограничивался осторожным сокращением конфессиональной обусловленности религии, чтобы оставить нетронутым степень ее культурного и политического влияния, которое входит и выходит за вращающиеся двери идеологии политкорректности, которая делает терпимость и включение ценностей pret à porter для использования в прогрессивной пропаганде, осуждающей гнев погруженных, ярость эксплуатируемых, дух восстания маргинализированных, узаконивая исключительный режим силы и насилия. властями, сильными мира сего, лицами, принимающими решения. 

Кризис религии открыл пространство для чего-то столь же могущественного: теократии рынка, тотема развития, апотропных и суеверных форм утешения, позволяющих избежать мысли о смерти, культов личности, включая Папу, которому нравится неолиберальный прогрессизм людей, которые как и он, сегодня адресован спасительным демиургам, которые вместе с клиническими мнениями предлагают потребителям моральные пакеты с упакованными в вакууме ингредиентами подчинения, конформизма и фатализма. И все это в контексте тоталитаризма, захватившего мысли, ожидания и желания, который сделал интеллектуалов одержимыми демонами и лишил их альтернативы искупления и освобождения.
И сказать, что секуляризм должен быть краеугольным камнем, поддерживающим осознание себя в мысли, в идеале и в «исповедании» научной дисциплины, которая состоит именно в проведении исследования, сомнения, без опоры на абсолютную мораль или дисциплину, которая претендует на повышение теория и закон государства и человека. И, должно быть, именно по этой причине он исходит из всех моральных, культурных и политических повесток дня.
Они вернулись во времена инквизиции. Там, где была обязанность веры в религии, теперь есть обязанность веры в науке. Наука, у которой теперь есть священники, миссионеры и пророки. Наука, ставшая церковью. Наука, объявила отступниками тех, кто все еще утверждает, что видит в ней исследования, сомнения, эксперименты. Наука, которая, как и религия, массово трансформирует человека через страх смерти, вместе с дьяволами в форме Коронавируса, которые делают вид, что сражаются, но только фальшивкой, потому что без них она больше не имела бы власти над массой. Потому что массе, однажды сформированной из страха, нужно дать враг, чтобы почувствовать себя героическим, эзотерическим врагом, невидимым, как вирус, но также и видимым врагом, носителем невидимого, таким как неверующий. Потому что героизм, чтобы проявить себя, должен иметь земной объект, который нужно ненавидеть и побеждать. Если борьба с дьяволами теоретически является задачей Церкви, то борьба с неверующими - это задача людей. Вскоре в объединенных сетях будут продиктованы Новые Десять Заповедей, многие из которых уже действуют.