24. dic, 2021

Come provocare un’epidemia immaginaria.

Come provocare un’epidemia immaginaria.
Oggi voglio raccontarvi due eventi che hanno fatto da prodromi della pandemia e che ne rappresentano alla perfezione sia la confusione cognitiva che la lucidità delle pianificazioni sotterranee, ma in ogni caso sono frutto di una deviazione dal buon governo e dalla buona scienza, così come un tralignamento della democrazia e degli organi di controllo. Nel 2007, il New York Times, pubblicò un articolo di grande importanza intitolato: ‘Faith in Quick Test Leads to Epidemic That Was’t’, ovvero la fede nei test rapidi crea un’epidemia inesistente. Cosa era successo? Che un tale dottor Herndon, internista in un grande centro medico del New Hampshire, cominciò a tossire incessantemente per due settimane a partire da metà aprile 2006. A seguito di questo fatto uno specialista in malattie infettive ebbe l’idea inquietante che questo potesse essere l’inizio di un’epidemia di pertosse.Entro la fine di aprile, anche altro personale ospedaliero cominciò a tossire allarmando tutti perché la pertosse avrebbe potuto essere fatale per i bambini ricoverati in ospedale e portare a pericolose polmoniti nei pazienti anziani fragili e così quasi 1.000 membri del personale vennero sottoposti a un rapido test PCR che in effetti confermò le paure: 142 persone, incluso il dottor Herndon, risultarono positive alla pertosse al test PCR rapido. Mesi dopo, tutti coloro risultati affetti da pertosse rimasero sbalorditi nell’apprendere che le colture batteriche, ovvero il metodo di elezione per la diagnosi di pertosse, non erano state in grado di rilevare il batterio che causa la malattia in nessun campione. La presunta epidemia di pertosse non aveva avuto luogo nella realtà, ma solo nella mente delle persone coinvolte, innescata dalla fede cieca in un test PCR rapido altamente sensibile che era diventato, così moderno e così trendy. In verità, tutti coloro che si erano ammalati avevano sofferto di un innocuo raffreddore. Infettivologi ed epidemiologi avevano messo da parte la loro esperienza e il buon senso e ignorarono sfacciatamente questa diagnosi differenziale molto probabile .
Questa sorta di fede si sposa al fatto che i test molecolari sono piuttosto impegnativi e ogni laboratorio li esegue a modo suo e quasi mai ci sono buone stime del tasso di errore, la loro stessa sensibilità li conduce a produrre moltissimi falsi positivi, specie se i cicli di moltiplicazione sono parecchi. In una parola non sono affatto test diagnostici, ma servono solo per la ricerca, usarli per diagnosi di massa è un errore talmente grosso che difficilmente può escludere la malafede. Insomma questi test se usati per scopi diversi da quelli di laboratorio possono essere all’origine di inganni collettivi che al momento in cui nascono sembrano sensati e convincenti.
Altro anno, altro scenario. Nella primavera del 2009, un virus influenzale altamente contagioso e molto pericoloso, l’H1N1, lo stesso della leggendaria spagnola, sembrò minacciare l’umanità. E sebbene l’ H1N1 sia tipicamente originario del centro dei Usa l’influenza che portava fu chiamata suina per delicatezza geopolitica, così come quasi un secolo prima era stata chiamata spagnola pur essendo stata portata dai soldati americani in Europa. Ad ogni modo esperti come il virologo tedesco Christian Drosten (lo stesso che ha creato in 24 ore il test anti covid) diffusero scenari dell’orrore prevedendo milioni e milioni di morti in tutto il mondo. A maggio per ragioni mai spiegate e del tutto incomprensibili l’Oms cambiò i criteri per dichiarare una pandemia ed eliminò la pericolosità del patogeno come motivo centrale: è sufficiente la rapida diffusione di un agente patogeno relativamente innocuo per far scattare l’allarme, in pratica basta un raffreddore. E l’11 giugno l’Oms dichiara prontamente una pandemia di H1N1 spingendo i governi a comprare centinaia di milioni di dosi di vaccino e altre centinaia di milioni di farmaci antivirali, scarsamente efficaci, piuttosto pericolosi e soprattutto costosissimi. I critici, che descrivevano il virus come relativamente poco pericoloso, vennero inizialmente ridicolizzati o ignorati ma alla fine gli scienziati, in Europa in particolare il microbiologo tedesco ed epidemiologo Sucharit Bhakdi, e lo pneumologo e politico tedesco Dr. Wolfgang Wodarg, ottengono l’attenzione dei media e della politica così da scongiurare il dilagare di una follia di massa provocata da un corto circuito tra media, industria farmaceutica, Oms e burocrazie sanitarie. In tutto il mondo, da 150.000 a 200 mila persone sono morte con o per H1N1, che si è rivelato meno pericoloso dell’influenza stagionale. 

Ora mettiamo insieme i due fatti e avremo la pandemia di covid dove tutto e costruito su un vuoto di fatti, un pieno di suggestioni e ancor peggio su una sorta di profezia auto avverante nella quale la malattia e i decessi sono dovuti più al panico, agli errori e a una sanità pubblica depredata di risorse che a un virus, la cui presenza è testimoniata da un test invalido. La cosa interessante di tutto questo è che la catena di eventi e ogni suo singolo anello può essere considerato come parte di un piano lucidamente pensato da poteri opachi, ma anche come casuale sintesi di un declino sociale e cognitivo, di una cattiva scienza ormai adusa a considerare il denaro e il potere come fattore principale. Per quanto riguarda la Svizzera tali prodromi possono essere individuati nell’opera devastatrice di Berset e della sua cricca che testimoniano del declino demicratico e intellettuale della società Svizzera: primi i medici di fatto hanno rinunciato alla propria autonomia, accettando di diventare in sostanza dipendenti pubblici e successivamente anche i giornalisti hanno accettato di non parlare più di sanità al di fuori delle veline governative. C’erano insomma tutte le condizioni del corto circuito.

https://www.nytimes.com/2007/01/22/health/22whoop.html

 

How to provoke an imaginary epidemic.
Today I want to tell you two events that were the harbingers of the pandemic and that perfectly represent both the cognitive confusion and the clarity of underground planning, but in any case they are the result of a deviation from good governance and good science, as well as a neglect democracy and control bodies. In 2007, the New York Times published a very important article entitled: 'Faith in Quick Test Leads to Epidemic That Was’t', or faith in rapid tests creates a non-existent epidemic. What happened? That one Dr. Herndon, an internist at a large New Hampshire medical center, began coughing incessantly for two weeks beginning in mid-April 2006. As a result of this, an infectious disease specialist had the disturbing idea that this might be the case. beginning of a whooping cough epidemic.By the end of April, other hospital staff also began coughing alarming everyone because whooping cough could have been fatal to hospitalized children and lead to dangerous pneumonia in frail elderly patients and thus nearly 1,000 Staff members were subjected to a rapid PCR test which effectively confirmed the fears: 142 people, including Dr. Herndon, tested positive for whooping cough on the rapid PCR test. Months later, all those affected by whooping cough were stunned to learn that bacterial cultures, the method of choice for diagnosing whooping cough, had not been able to detect the bacterium that causes the disease in any sample. The alleged whooping cough epidemic had not taken place in reality, but only in the minds of the people involved, triggered by blind faith in a highly sensitive rapid PCR test that had become, so modern and so trendy. Indeed, everyone who got sick had suffered from a harmless cold. Infectious disease specialists and epidemiologists had put aside their experience and common sense and blatantly ignored this very likely differential diagnosis.
This sort of faith is coupled with the fact that molecular tests are quite demanding and each laboratory performs them in its own way and there are hardly ever good estimates of the error rate, their very sensitivity leads them to produce a lot of false positives, especially if the multiplication cycles are several. In a word, they are not diagnostic tests at all, but are only used for research, using them for mass diagnosis is such a big mistake that bad faith can hardly be ruled out. In short, these tests, if used for purposes other than those in the laboratory, can be at the origin of collective deceptions that at the moment they are born seem sensible and convincing.
Another year, another scenario. In the spring of 2009, a highly contagious and very dangerous flu virus, H1N1, the same as the legendary Spaniard, appeared to threaten humanity. And although H1N1 is typically native to the center of the US, the flu it carried was called swine due to its geopolitical delicacy, just as it was called Spanish almost a century earlier despite being brought by American soldiers to Europe. In any case, experts such as the German virologist Christian Drosten (the same who created the anti covid test in 24 hours) spread horror scenarios predicting millions and millions of deaths around the world. In May, for unexplained and completely incomprehensible reasons, WHO changed the criteria for declaring a pandemic and eliminated the danger of the pathogen as a central reason: the rapid spread of a relatively harmless pathogen is enough to trigger the alarm, in practice a cold is enough. And on 11 June, the WHO promptly declares an H1N1 pandemic, prompting governments to buy hundreds of millions of doses of vaccine and hundreds of millions of antiviral drugs, poorly effective, rather dangerous and above all very expensive. Critics, who described the virus as relatively unsafe, were initially ridiculed or ignored but ultimately scientists, particularly in Europe the German microbiologist and epidemiologist Sucharit Bhakdi, and the German pulmonologist and politician Dr. Wolfgang Wodarg, gain attention. of the media and politics so as to avoid the spread of a mass madness caused by a short circuit between the media, the pharmaceutical industry, the WHO and health bureaucracies. Worldwide, 150,000 to 200,000 people have died with or from H1N1, which proved less dangerous than seasonal flu. 

Now let's put the two facts together and we will have the covid pandemic where everything is built on a void of facts, a full of suggestions and even worse on a sort of self-fulfilling prophecy in which illness and deaths are due more to panic, to errors and to public health deprived of resources than to a virus, the presence of which is evidenced by an invalid test. The interesting thing about all this is that the chain of events and every single link can be considered as part of a plan clearly thought out by opaque powers, but also as a casual synthesis of a social and cognitive decline, of a bad science now used to consider money and power as the main factor. As far as Switzerland is concerned, these prodromes can be identified in the devastating work of Berset and his clique which testify to the demicratic and intellectual decline of Swiss society: first the doctors in fact renounced their autonomy, accepting to become in substance civil servants and subsequently, even the journalists agreed not to talk about health care outside the government tissue. In short, there were all the conditions of the short circuit.

https://www.nytimes.com/2007/01/22/health/22whoop.html

 

Cómo provocar una epidemia imaginaria.
Hoy quiero contarles dos eventos que fueron los precursores de la pandemia y que representan perfectamente tanto la confusión cognitiva como la claridad de la planificación clandestina, pero en cualquier caso son el resultado de una desviación de la buena gobernanza y la buena ciencia, también. como descuido la democracia y los órganos de control. En 2007, el New York Times publicó un artículo muy importante titulado: 'La fe en las pruebas rápidas conduce a una epidemia que no fue', o la fe en las pruebas rápidas crea una epidemia inexistente. ¿Qué sucedió? Ese Dr. Herndon, un internista en un gran centro médico de New Hampshire, comenzó a toser incesantemente durante dos semanas a partir de mediados de abril de 2006. Como resultado de esto, un especialista en enfermedades infecciosas tuvo la inquietante idea de que este podría ser el caso. A fines de abril, otros miembros del personal del hospital también comenzaron a toser, alarmando a todos porque la tos ferina podría haber sido fatal para los niños hospitalizados y provocar una neumonía peligrosa en pacientes ancianos frágiles y, por lo tanto, cerca de 1,000 miembros del personal fueron sometidos a una prueba rápida de PCR que confirmó efectivamente los temores: 142 personas, incluido el Dr. Herndon, dieron positivo en la prueba de tos ferina en la prueba rápida de PCR. Meses después, todos los afectados por la tos ferina se sorprendieron al saber que los cultivos bacterianos, el método de elección para diagnosticar la tos ferina, no habían podido detectar la bacteria que causa la enfermedad en ninguna muestra. La supuesta epidemia de tos ferina no se había producido en la realidad, sino solo en la mente de las personas involucradas, provocada por la fe ciega en una prueba rápida de PCR altamente sensible que se había vuelto tan moderna y tan de moda. De hecho, todos los que se enfermaron habían sufrido un resfriado inofensivo. Los especialistas en enfermedades infecciosas y los epidemiólogos habían dejado de lado su experiencia y sentido común y habían ignorado descaradamente este diagnóstico diferencial muy probable.
Este tipo de fe se suma al hecho de que las pruebas moleculares son bastante exigentes y cada laboratorio las realiza a su manera y casi nunca hay buenas estimaciones de la tasa de error, su misma sensibilidad las lleva a producir una gran cantidad de falsos positivos, especialmente si los ciclos de multiplicación son varios. En una palabra, no son pruebas de diagnóstico en absoluto, sino que solo se usan para la investigación, usarlas para el diagnóstico masivo es un error tan grande que difícilmente se puede descartar la mala fe. En definitiva, estas pruebas, si se utilizan para fines distintos a los de laboratorio, pueden estar en el origen de engaños colectivos que en el momento en que nacen parecen sensatas y convincentes.
Otro año, otro escenario. En la primavera de 2009, un virus de la gripe altamente contagioso y muy peligroso, el H1N1, al igual que el legendario español, pareció amenazar a la humanidad. Y aunque el H1N1 es típicamente originario del centro de los EE. UU., La gripe que portaba se llamaba porcina debido a su delicadeza geopolítica, tal como se llamaba español casi un siglo antes a pesar de haber sido traída por soldados estadounidenses a Europa. En cualquier caso, expertos como el virólogo alemán Christian Drosten (el mismo que creó la prueba anti covid en 24 horas) difunden escenarios de terror prediciendo millones y millones de muertes en todo el mundo. En mayo, por razones inexplicables y completamente incomprensibles, la OMS cambió los criterios para declarar una pandemia y eliminó el peligro del patógeno como una razón central: la rápida propagación de un patógeno relativamente inofensivo es suficiente para disparar la alarma, en la práctica un resfriado es suficiente. Y el 11 de junio, la OMS declara prontamente una pandemia de H1N1, lo que llevó a los gobiernos a comprar cientos de millones de dosis de vacunas y cientos de millones de medicamentos antivirales, poco efectivos, bastante peligrosos y sobre todo muy costosos. Los críticos, que describieron el virus como relativamente inseguro, fueron inicialmente ridiculizados o ignorados, pero finalmente los científicos, particularmente en Europa, el microbiólogo y epidemiólogo alemán Sucharit Bhakdi, y el neumólogo y político alemán Dr. Wolfgang Wodarg, captaron la atención de los medios de comunicación y la política. como para evitar la propagación de una locura masiva provocada por un cortocircuito entre los medios de comunicación, la industria farmacéutica, la OMS y las burocracias sanitarias. En todo el mundo, entre 150.000 y 200.000 personas han muerto a causa del H1N1, que resultó ser menos peligroso que la gripe estacional. 

Ahora juntemos los dos hechos y tendremos la pandemia covid donde todo se construye sobre un vacío de hechos, un lleno de sugerencias y peor aún en una especie de profecía autocumplida en la que la enfermedad y la muerte se deben más al pánico. a errores y a la salud pública privada de recursos que a un virus, cuya presencia se evidencia por una prueba no válida. Lo interesante de todo esto es que la cadena de eventos y cada eslabón puede considerarse como parte de un plan claramente pensado por poderes opacos, pero también como una síntesis casual de un declive social y cognitivo, de una mala ciencia ahora utilizada. considerar el dinero y el poder como el factor principal. En lo que respecta a Suiza, estos pródromos se pueden identificar en la obra devastadora de Berset y su camarilla que atestiguan el declive demicrático e intelectual de la sociedad suiza: primero los médicos de hecho renunciaron a su autonomía, aceptando convertirse en sustancia en funcionarios públicos y Posteriormente, incluso los periodistas acordaron no hablar de atención médica fuera del tejido gubernamental. En resumen, todas las condiciones del cortocircuito estaban ahí.

https://www.nytimes.com/2007/01/22/health/22whoop.html

 

Как спровоцировать воображаемую эпидемию.
Сегодня я хочу рассказать вам о двух событиях, которые были предвестниками пандемии и которые прекрасно представляют как когнитивную путаницу, так и ясность подземного планирования, но в любом случае они также являются результатом отклонения от надлежащего управления и хорошей науки. как пренебрежение демократией и органами контроля. В 2007 году New York Times опубликовала очень важную статью под названием «Вера в быстрые тесты ведет к эпидемии, которой не было», или вера в быстрые тесты порождает несуществующую эпидемию. Что случилось? Тот доктор Херндон, терапевт в большом медицинском центре Нью-Гэмпшира, начал беспрерывно кашлять в течение двух недель, начиная с середины апреля 2006 года. В результате этого у специалиста по инфекционным заболеваниям возникла тревожная мысль, что это могло быть так. начало эпидемии коклюша. К концу апреля другой персонал больницы также начал кашлять, вызывая тревогу у всех, потому что коклюш мог быть фатальным для госпитализированных детей и привести к опасной пневмонии у ослабленных пожилых пациентов, и, таким образом, около 1000 сотрудников были подвергнуты опасности. экспресс-тест ПЦР, который эффективно подтвердил опасения: 142 человека, включая доктора Херндона, дали положительный результат на коклюш на экспресс-тесте ПЦР. Спустя несколько месяцев все больные коклюшем были ошеломлены, узнав, что бактериальные культуры - метод выбора для диагностики коклюша - не смогли обнаружить бактерии, вызывающие заболевание, ни в одном образце. Предполагаемая эпидемия коклюша произошла не на самом деле, а только в умах вовлеченных людей, вызванной слепой верой в высокочувствительный быстрый ПЦР-тест, который стал настолько современным и модным. Действительно, все, кто заболел, переболели безобидной простудой. Специалисты по инфекционным заболеваниям и эпидемиологи отложили в сторону свой опыт и здравый смысл и откровенно проигнорировали этот весьма вероятный дифференциальный диагноз.
Такая вера сочетается с тем фактом, что молекулярные тесты довольно сложны, и каждая лаборатория выполняет их по-своему, и вряд ли когда-либо есть хорошие оценки частоты ошибок, сама их чувствительность приводит к тому, что они дают много ложных срабатываний, особенно если циклов умножения несколько. Словом, это вовсе не диагностические тесты, а только исследования, использование их для массовой диагностики - такая большая ошибка, что вряд ли можно исключить недобросовестность. Короче говоря, эти тесты, если они используются для целей, отличных от лабораторных, могут лежать в основе коллективных обманов, которые кажутся разумными и убедительными, когда они рождаются.
Другой год, другой сценарий. Весной 2009 года очень заразный и очень опасный вирус гриппа H1N1, такой же, как и у легендарного испанца, стал угрожать человечеству. И хотя H1N1, как правило, является родным для центра США, переносимый им грипп был назван свиным из-за его геополитической уязвимости, точно так же, как он был назван испанским почти столетие назад, несмотря на то, что его привезли американские солдаты в Европу. В любом случае, такие эксперты, как немецкий вирусолог Кристиан Дростен (тот самый, который создал тест на антисовид за 24 часа), распространяют сценарии ужасов, предсказывающие миллионы и миллионы смертей по всему миру. В мае по необъяснимым и совершенно непонятным причинам ВОЗ изменила критерии объявления пандемии и устранила опасность патогена как главную причину: достаточно быстрого распространения относительно безвредного патогена, чтобы вызвать тревогу, на практике простуда достаточно. А 11 июня ВОЗ незамедлительно объявляет о пандемии H1N1, побуждая правительства покупать сотни миллионов доз вакцины и сотни миллионов противовирусных препаратов, малоэффективных, довольно опасных и, прежде всего, очень дорогих. Критики, которые описывали вирус как относительно небезопасный, сначала высмеивались или игнорировались, но в конечном итоге ученые, особенно в Европе, немецкий микробиолог и эпидемиолог Сухарит Бхакди, а также немецкий пульмонолог и политик доктор Вольфганг Водарг, привлекают внимание средств массовой информации и политики, поэтому чтобы избежать распространения массового безумия, вызванного коротким замыканием между СМИ, фармацевтической промышленностью, ВОЗ и бюрократией здравоохранения. Во всем мире от 150 000 до 200 000 человек умерли от H1N1 или от него, что оказалось менее опасным, чем сезонный грипп. 

Теперь давайте объединим эти два факта, и у нас будет пандемия covid, где все построено на пустоте фактов, полном предположений и, что еще хуже, на своего рода самоисполняющемся пророчестве, в котором болезни и смерти больше связаны с паникой, к ошибкам и к лишенному ресурсов общественному здравоохранению, чем к вирусу, наличие которого подтверждается недействительным тестом. Во всем этом интересно то, что цепочку событий и каждое отдельное звено можно рассматривать как часть плана, четко продуманного непрозрачными силами, но также как случайный синтез социального и когнитивного упадка, плохой науки, которую сейчас используют. считать деньги и власть главным фактором. Что касается Швейцарии, эти продромы могут быть идентифицированы в разрушительной работе Берсе и его клики, которая свидетельствует о демикратическом и интеллектуальном упадке швейцарского общества: сначала врачи фактически отказались от своей автономии, согласившись стать по существу государственными служащими и впоследствии даже журналисты согласились не говорить о здравоохранении за пределами государственных органов. Короче были все условия короткого замыкания.

https://www.nytimes.com/2007/01/22/health/22whoop.html